Восемьлет назад Беларусь «начала» обзаводиться культурными ценностями мирового значения.Первым в Список всемирного культурного и природного наследия ЮНЕСКО был включенМирский замок. Казалось бы – прекрасное начинание, гарантирующее национальной культуреесли не процветание, то по крайней мере сохранность. Увы. Похоже, ситуация, наоборот,становится все чудовищней. О сегодняшней обстановке в сфере историко-архитектурногонаследия корреспондент ET CETERA беседует с председателем республиканского советаБелорусского добровольного товарищества охраны памятников истории и культуры АнтономАСТАПОВИЧЕМ.  «НЕТ ПАМЯТНИКА – НЕТ ПРО БЛЕМЫ» – В начале 1990-х Государственный список историко-культурных ценностейБеларуси насчитывал более 15 тысяч объектов, теперь – лишь более 4,7 тысяч. Кудаисчезли остальные? – Список начал активно «худеть» после распада СССР, когда изнего исключили множество объектов советской эпохи, не представлявших историко-культурнойценности. Однако вместе с ними из-под охраны государства выпали и ценнейшие архитектурные,археологические памятники. И этот тревожный процесс продолжается, ведь в началеXXI века в списке еще находилось свыше 6000 единиц. – Почему так происходит? – Нет памятника – нет проблемы. По моим данным, последний Госсписокот 14 мая 2007 года готовили представители местной вертикали. Дабы избавиться отответственности и урезать расходы, они постарались, чтобы многие объекты в негоне вошли. Загвоздка еще и в том, что у нас регулярно нарушается процедураисключения памятников из Госсписка. Согласно Закону об охране историко-культурногонаследия, объект выводится из списка постановлением Совмина на основе решения Научно-методическогосовета по вопросам историко-культурного наследия при Министерстве культуры. На дележе просто появляется новый вариант закона с «похудевшим» списком. – Какие уникальные объекты сегодня не охраняются? – Недавно я ездил в деревню Дворец Дятловского района на встречусо школьниками. Там прекрасный необарочный костел начала ХХ века, оригинальная псевдорусскаяцерковь и руины водяной мельницы XIX века. Ни одного из этих строений нет в Госсписке!И таких примеров – уйма по всей стране. Подчеркну, что внесение в Список вовсе не гарантирует объектубезопасность. Ярчайший пример – исторический центр (далее – ИЦ – К.Л.) Минска– комплексная историко-культурная ценность 1-й категории. На протяжении последнихлет в нарушение действующего законодательства ведутся строительные работы, уничтожаютсяпоследние сохранившиеся исторические постройки, изменяется уникальный ландшафт,без предварительных исследований вывозится культурный пласт. Верх неуважения к закону– возведенный, несмотря на протесты ученых и общественности, паркинг на Немиге. Последний случай: в начале года в деревне Яновичи Клецкогорайона разрушили деревянный двухъярусный амбар XIX века, хотя он находился под охранойгосударства. Подобным образом уничтожаются сотни памятников, и никому до этого нетдела. – Ведет ли Товарищество их учет? – В следующем году мы сформируем рабочую группу, которая займетсясоставлением мартиролога уничтоженных памятников истории и архитектуры. На интернетсайтебудет размещена информация об объектах, а также указаны виновные в их утрате. Странадолжна знать своих «героев». ЧТО МЫ ПОТЕРЯЛИ – Спадар Антон, какие наибольшие потери на культурноисторическойниве мы понесли в годы независимости? – Прежде всего, назову катастрофу с ИЦ Минска. Это уничтожениене только аутентичной комплексной застройки, но и той исторической матрицы, опираясьна которую позже можно будет провести истинную реконструкцию согласно международнымстандартам. Это преступление национального масштаба! Настоящее бедствие происходит и с объектами Списка ЮНЕСКО.В Несвижском замке в ходе реставрации нарушены все возможные законы и методики.Мне известно, что польские консерваторы уже выступили с инициативой об исключениизамка из этого списка, представив досье с многочисленными нарушениями при реставрации. Много вопросов возникает и по реконструкции Мирского замка. В последние годы до неузнаваемостиизменен облик ИЦ Гродно… – Куда ни глянь – проблемы. Ну а есть ли положительные примеры? – Их, к сожалению, немного. У нас почти нет претензий к ходуреставрации дворца КозелПоклевских в деревне Красный Берег (Жлобинский район), бывшегоиезуитского комплекса в Юровичах (Калинковичский район). Есть предпосылки для удачнойреконструкции дворцово-паркового комплекса Булгаков в Жиличах (Кировский район). Считаю позитивом восстановление минской и могилевской ратуш, витебскихсоборов. Конечно, подобная «муляжная» реконструкция в мире не приветствуется. Нов 2003 году был принят международный документ – Рижская хартия, которая разрешаетБеларуси, Украине, России и странам Балтии заниматься научно обоснованным муляжированиемв связи с большими утратами памятников в годы коммунистического правления. Однако у нас зачастую разрушают строения XVIII-XIX века, которыеможно было сохранить, а на их месте из современных материалов возводят муляж. Идоску привинчивают – «Историко-культурная ценность». Так «реконструированы» многочисленныеобъекты Верхнего города в Минске. В Несвижском замке снесли боковую трехэтажнуюгалерею, а на ее месте возвели современную. В Гродно это делается на каждом шагу… – Почему власть предержащие не заинтересованы в сохранении истории?Ведь это потенциальная «золотая жила» туризма… – Во-первых, проблема в разночтениях нормативно-правовых актов.Закон об охране и подзаконные акты не увязаны с нормативноправовой базой капремонтаи капстроительства. Во-вторых, тут замешаны коррупционные процессы. Новое строительство, капиталовложение– это кому-то выгодно. Но самое главное то, что люди «во власти» не чувствуют связис национальными корнями. С середины XIX века в Беларуси началась оккупация на уровнедуховности: навязывание российской культуры, архитектурных стереотипов (уничтожениератуш, перестройка костелов в церкви)... В советское время продолжилось тотальноеразрушение традиционного сознания народа, культурного ландшафта. Теперь по инерциидуховная оккупация продолжается. Чиновники не представляют ценности памятников.Ты ему говоришь про нарушения законодательства, а он в ответ: «Зато как мы красивосделали! И на улицах у нас чисто». Вдобавок ко всему в научных кругах господствуют посредственности. Настоящихпрофи (а это, прежде всего, свободный в своих устремлениях, мыслях человек) у насочень мало, и они выдавлены из процесса сохранения историкокультурного наследия.Ученые же и архитекторы, ответственные за принятие решений, ради сохранения своихгосударственных должностей готовы «сдать» любой памятник. «ЧТО ЭТО, ЕС ЛИ НЕ КОРРУ ПЦИЯ?» – В какую сторону изменилась ситуация по сравнению с советскимвременем? – Такого тотального уничтожения культурных памятников (за исключениемкультовых) в СССР не было. Реставрации проводились профессиональнее. Советские законыработали лучше, и на любого чиновника-самодура можно было найти управу. Даже дойдядо ЦК КПСС. Так, Верхний город, который хотели уничтожить в конце 1970-х, удалосьсохранить благодаря вмешательству самого Машерова. Теперь же все, что делается в том же ИЦ Минска, продиктовано деньгами.Иными словами, законодательство прогибается под определенные финансовые группы.Что это, если не коррупция? В 2005 годумы добились, чтобы наше письмо с перечислением всех нарушений и предложениями пограмотной реставрации ИЦ столицы попало на стол президенту. Он был возмущен и поручилпомощникам заняться этим вопросом. На спецсовещании чиновники лишь развели руками,мол, нарушения признаем, но ведь нет же альтернативы. В прошломгоду мы предложили разработанный бывшим главным госинспектором по охране наследияМингорисполкома Владимиром Папурогой альтернативный проект реконструкции и благоустройстваИЦ. Предложения сводили к нулю нарушения законодательства и открывали более 250тысяч «квадратов» инвестиционных площадей. У функционеров горисполкома не нашлосьаргументов «против», но проект они отклонили. После недавних разоблачений высоких госчинов генпрокурор Василевичпризвал граждан сообщать о случаях коррупции. Я уже два года атакую прокуратуруписьмами, в которых детально описываю факты коррупции. В ответ – лишь отписки.  | 
